Top.Mail.Ru
Афера уход от налогов. Рай для мошенников. Часть 1. | Журнал "JK" Джей Кей

Журнал "JK" Джей Кей

Ежедневное информационное издание о деловой и социальной жизни

Интересно знать

Афера уход от налогов. Рай для мошенников. Часть 1.

Из 100 крупнейших корпораций США 83 создали свои дочерние компании, проводящие платежные операции, в офшорных зонах.

Традиция уклоняться от уплаты налогов зародилась тысячи лет назад. Знатные жители Римской империи зарывали драгоценности в землю, чтобы избежать налога на предметы роскоши. Китайцы кочевали по стране, чтобы уйти подальше от налоговиков, а европейцы переезжали в Новый Свет, где их освобождали от податей.

И сейчас многие предпочитают держать накопления на счетах банков небольших европейских стран и еще более мелких островных государств, торгующих благоприятными налоговыми условиями.

Желание избежать уплаты налогов появилось в тот же момент, когда правители стали их собирать. Известный китайский историк Чо Юн Су писал, что во II веке до н. э. жители китайских царств часто мигрировали, чтобы не платить дань. Причем делали это с умом: «Они селились глубоко в горных районах, где переписчики населения не смогли бы их зарегистрировать. Там они были свободны от высоких налогов и барщины. По крайней мере, на некоторое время они могли устроить себе передышку – пока законы не добирались до их нового поселения».

Такой способ ухода от налогов, правда, не подходил крупным собственникам, которые не могли бросить свои земельные владения. Им приходилось проявлять определенную изобретательность. Неплохой пример того, как сэкономить на налогах, никуда при этом не переезжая, можно найти в истории средневековой Индии. Монархи сменявших друг друга династий и империй были тогда единственными собственниками всей земли, и с тех, кто проживал на ней, они собирали очень высокие подати, которые могли серьезно меняться в зависимости от нужд короля. Так было до тех пор, пока в XIII веке правители могущественной по меркам тех времен империи Хойсалов не установили фиксированную ставку налога на землю. Ее назвали сиддхая, и каждый феодал, получивший землю от монарха, ежегодно ее выплачивал. Представители высшей касты брахманов (например, ученые, законодатели и проповедники) пользовались определенными льготами. А земли, дарованные властителем монастырям, вообще не облагались налогом, поскольку он передавал их богам и не мог получать с этого прибыль.

Любой землевладелец имел право помочь монастырям, передав им часть своей земли, и в таком случае налог с нее снимался. Эту лазейку в законе с успехом использовал богатый землевладелец по имени Гопсала. Он придумал схему, которая позволила ему сэкономить значительные суммы и которую, на его счастье, одобрил верховный правитель Нарасимха III.

В 1261 году Гопсала создал земельное владение, включив в него крупную деревню и окружавшие ее селения. Свое имение Гопсала разделил на 47 частей, каждая из которых облагалась налогом. 36 частей он передал под формальный контроль брахманам, чтобы платить подать по «брахманским ставкам». Из оставшихся 11 частей одну он оставил в своей собственности, видимо для того, чтобы избежать подозрений в нелегальном уходе от налогов. И еще 10 частей Гопсала отвел под храм богу Йоганатху, который он также передавал под контроль брахманов. Они согласились следить за храмом и прилегающими зданиями, а также за окружавшими их садами. На содержание храма Гопсала ежегодно выделял 151 гадьяну – эти деньги, согласно сохранившимся документам, распределялись довольно интересным образом. 6 гадьян тратились на приношения, еще 39 предназначались на оплату труда обслуживающего персонала – поваров, носильщиков воды, барабанщиков, изготовителей гирлянд, мойщиков посуды, гончаров и уборщиков. Такой поистине неотъемлемый атрибут любого храма, как танцовщицы, обходился в дополнительные 6 гадьян. Человек по имени Бхаритея, исполнявший обязанности казначея, получал 40 гадьян, как и Сингея, занимавший должность инспектора. Оставшиеся 20 гадьян предназначались девушке Байакке, смотрительнице храма, садов и зернохранилища.

Последние три человека зарабатывали огромные по тем временам деньги. Брахман, преподающий литературу, получал в среднем не более 6 гадьян в год. Впрочем, эту примечательную деталь оказалось довольно просто объяснить. Байакка была одной из дочерей Гопсалы, а Бхаритея и Сингея – его зятьями. Если бы те же земли находились в руках самого Гопсалы, ему пришлось бы выплачивать куда более обременительные суммы в казну.

Столетия спустя в Оттоманской империи землевладельцы применяли точно такой же способ ухода от налогов. Они передавали свои земли, мири, религиозным фондам, вакифам, которые поддерживали мусульманские школы и мечети. А затем организовали своего рода трастовое управление этими землями, назначая их управляющими своих родственников.

Богатым феодалам и служителям монастырей, как правило, во все времена легче удавалось уходить от налогов, чем простолюдинам. У них, к примеру, были деньги на то, чтобы подкупать чиновников, ответственных за сбор подати. В Англии XII–XIII веков, времен правления Эдуарда I и Эдуарда II, этот способ избежать больших трат малыми средствами получил широкое распространение.

Известен случай, когда в 1296 году сборщика налогов Ричарда ле Хостеджа обвинили в получении взяток от настоятелей монастырей, которые не хотели отдавать часть урожая пшеницы на содержание армии. Ле Хостедж должен был собрать эту дань с нескольких религиозных учреждений графства Глостершир, в число которых входили крупные монастыри Глостер, Теукесбери, Стэнли, Сиренсестер и монастырь Святой Августины.

В Глостере Ричард ле Хостедж получил 60 шиллингов и золотую брошь в подарок от настоятеля монастыря, 4 марки от раздающего милостыню и еще 60 шиллингов от казначея. В Стэнли он, правда, получил только одну марку, но это был единственный случай, когда ле Хостеджу удалось заработать так мало. У обычных земледельцев не находилось подобных средств – трое крестьян из деревни Нипсфилд смогли предложить ему взятку размером только 9 шиллингов.Подобные налоговые преступления происходили и в других графствах королевства. В 1298 году в Норфолке было проведено расследование деятельности сборщиков налогов, и одного из них, Ричарда де Карни, также обвинили в коррупции. Как следует из документов того времени, он «собирал подать с бедных и неимущих, при этом оставляя в покое тех, кто обладал властью и деньгами – например, Роберта де Шелтона, рыцаря». Поскольку каждое графство должно было предоставить определенное количество зерна, неуплата богачами подати выливалась в то, что крестьяне отдавали больше. В графстве Кент, к примеру, расследование показало, что феодалы подкупали сборщика налогов Ричарда де Люта и ничего не отдавали королю, в то время как те, кто отказывался давать взятку, платили куда большую дань.

КОРОЛЬ АНГЛИИ ТОРГОВАЛ ПРОТЕКЦИЯМИ, КОТОРЫЕ ЗАЩИЩАЛИ ИМУЩЕСТВО КРУПНЫХ СОБСТВЕННИКОВ ОТ ПРИТЯЗАНИЙ МЕСТНЫХ ЧИНОВНИКОВ И КОТОРЫЕ МОГ ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ ЛИШЬ ЧЕЛОВЕК ОБЕСПЕЧЕННЫЙ И ВЛИЯТЕЛЬНЫЙ.

Впрочем, люди с солидным состоянием могли пойти и другим, более законным путем. Король Англии торговал протекциями, которые защищали имущество крупных собственников от притязаний местных чиновников. Эти протекции мог позволить себе лишь человек обеспеченный и влиятельный, поскольку они не только дорого стоили, но и выдавались исключительно тем, кто имел связи при дворе монарха.

Подобная несправедливость вызывала негодование как молчаливой массы крестьян, так и ученых того времени. Автор трактата De Speculo Regis с недовольством описывает в 1331 году: «Представьте себе бедного крестьянина, который приходит на рынок с целью продать быка. Вырученные деньги ему требуется отдать в счет уплаты долга, который он смог получить, заложив свою землю. На рынке королевские чиновники забирают его быка в качестве налога, и крестьянин ничего не получает взамен, теряя впоследствии землю. С другой стороны, богач, торгующий на рынке и овцами, и быками, может показать его протекцию и быть свободным от налогов». Учитывая эти сведения, слова автора De Speculo Regis о том, что высокие подати многих свели в могилу, не кажутся большим преувеличением.

С развитием мореходства и ростом объемов торговли налоги на собственность зачастую стали отходить на второй план. В Британской империи XVII–XVIII веков налоги в колониях почти не собирались, поскольку торговые сборы, а также продажа земельных участков и акцизов на реализацию табака и алкоголя обеспечивали достаточный доход. К тому же британскому правительству требовалось привлекать поселенцев в новые колонии, что было непросто, учитывая, с какими трудностями им предстояло столкнуться. В Виргинии, к примеру, от первой волны поселенцев почти ничего не осталось – 90 % людей, приехавших покорять бескрайние американские просторы, попросту умерли от голода и болезней.

В этих условиях ни о каком сборе налогов не могло идти и речи. Наоборот, многим поселенцам, способным привезти с собой нескольких работников, предлагали бесплатные участки земли размером примерно 50 акров и полную свободу от податей, по крайней мере на первые 7-10 лет. В дополнение к этому они в некоторых случаях получали льготы на торговлю с метрополией сроком более чем на 20 лет. Подобная практика приносила плоды. Несмотря на опасности, поселенцы приезжали в колонии сначала сотнями, а потом тысячами.

МНОГИМ ПОСЕЛЕНЦАМ, СПОСОБНЫМ ПРИВЕЗТИ С СОБОЙ НЕСКОЛЬКИХ РАБОТНИКОВ, ПРЕДЛАГАЛИ БЕСПЛАТНЫЕ УЧАСТКИ ЗЕМЛИ РАЗМЕРОМ ПРИМЕРНО 50 АКРОВ И ПОЛНУЮ СВОБОДУ ОТ ПОДАТЕЙ, ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ НА ПЕРВЫЕ 7–10 ЛЕТ.

С 1620 по 1640 год в Плимутской колонии выросло семь небольших новых городов, а в колонии Массачусетского залива появилось более 30 поселений – они стали домом почти для 20 тыс. жителей, многие из которых были обеспеченными европейцами.

Подобную схему привлечения новых колонизаторов использовали и Нидерланды. В середине XVII века администрация города Новый Амстердам объявила о том, что новые поселенцы на реке Делавэр будут освобождены от любых прямых и косвенных налогов на 10 лет, после чего они будут обязаны выплачивать наименьшую возможную подать на территории Новых Нидерландов. При этом от выплаты десятины они освобождались на 20 лет. В городе Новый Амстел власти пошли еще дальше – они выдали каждой семье иммигрантов-меннонитов (представителей одной из ветвей протестантизма) по 100 гульденов в долг, а также бесплатно доставили их до места поселения и освободили от налогов на 20 лет.

Богатые европейцы, которые могли участвовать финансово в деятельности голландской Вест-Индской компании, управлявшей колониями, получали не только возможность не платить налоги, но и могли стать своего рода феодалами на новой земле. Хотя они и покупали землю у индейцев, это обходилось в гроши. Они брали на себя обязательство в течение 4 лет основать на своем участке небольшую колонию с 50 людьми в подчинении. В их собственность, которую они могли передавать по наследству, включалось все, что находилось на земле и в ее недрах, то есть животные, растения, минералы и водные ресурсы. Эти привилегированные колонизаторы могли торговать вдоль всего побережья Северной Америки, используя корабли Вест-Индской компании или свои собственные. Эта их деятельность уже облагалась налогом – скажем, с каждой проданной шкуры они должны были выплатить компании 1 гульден. Однако эти траты окупались тем, что Вест-Индская компания гарантировала их безопасность, на что в те времена не стоило жалеть денег.

В течение следующих десятилетий налоги в американских колониях держались на невысоком уровне – в 1765 году они все еще были в 25–50 раз ниже налогов на территории Британии. То есть колонии фактически стали прообразами существующих сейчас офшорных зон. По сравнению с ними налоговый режим в Европе выглядел грабительским, и многие состоятельные жители Старого Света стремились уберечь свои накопления, забирая их с собой в Новый Свет.

Впрочем, после американской революции и провозглашения независимости ситуация изменилась. В период с 1790 по 1809 год правительство стало собирать в восемь раз больше налогов – $16 млн в год, но затем эта сумма, правда, снизилась почти на треть и колебалась уже на уровне $10–12 млн. После войны с Британией в 1812 году Соединенные Штаты уже не могли похвастаться привлекательными налогами. Иностранный капитал тем не менее продолжал поступать в страну – резкий скачок промышленного производства сулил не менее привлекательные прибыли…….

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *